ina4e (ina4e) wrote,
ina4e
ina4e

Category:

Абхазия. День 1

Древняя легенда гласит, что Господь, сотворив землю и разделив ее между народами, приберег себе самый красивый уголок ее. И лишь прародитель абхазов опоздал к раздаче земель… Тогда Бог поинтересовался, что задержало его в пути, и тот ответил, дескать, не мог оставить пришедшего в его дом гостя! Щедро одарил Господь абхазцев за гостеприимство, отдав им тот кусочек земного шара, что хранил для себя…
Да, все правда в старой легенде, истинная и невероятная... Как я понимаю партийное руководство, что сделало из Гагр здравницу для избранных. Как я понимаю, почему дача Сталина именно там, рядом с Рицей. И почему грузины так не хотят Абхазию терять...
P1220086
Абхазия… Апсны.. страна души...
Итак, мы едем. Раннее свежее утро, на календаре хвостик лета,  30-е августа,  и для нас это прыжок в непостижимый рай, попытка сорвать то, что не причиталось, догнать лето, семимильными неделями уходящее из Петербурга...
Дорога идет в гору, вьется, старенький автобус подпрыгивает, я держусь за поручень, Анечка держится за мой зеленый рюкзак...
Слева вдоль дороги вдруг проявляется оно – лазоревое, нежное, прозрачное. В цвет всем моим сарафанчикам, легкое, как дыхание, хотя нет, не совсем. Легкое, как движение руки в танце – я смотрю на него, и у меня на душе льется песня…
Подъезжаем к Гагре. Прозрачное, сияющее, веселое море… Юное и вечное – как это может сочетаться в одном?
По обочине дороги нежным и непривычным обрамлением  – пальмы, кипарисы и неизвестные мне роскошные кусты, цветущие розовыми гроздями. Всё – настоящее! Всё – ни разу доселе не виданное. У меня круглые глаза, наверное, самые круглые в моей жизни...
В Пицунде в автобус подсаживается тетечка, невысокая, легкая на ногу и с модной стрижкой. Мы спрашиваем у нее, где нам выйти, чтобы попасть в Лидзаву, и она радостно говорит: «А мне тоже там выходить! А вам, наверное, жилье нужно?» И обещает нас непременно пристроить в лучшем виде.
Походы "по хозяйкам"
От Пицунды до Лидзавы на автобусе пять минут, и вот уже мы выходим, на повороте, окончательно ошалелые от жары и рюкзаков. Тетечка припевает: «Сейчас, мои девочки, устроим вас недорого, не переживайте».
Сразу у поворота мы заходим в калитку, а далее в арку из винограда, и видим симпатичный домик, просторный сад. Слева на траве –  пасется настоящий гусенок! А чуть вдалеке играют котята. Симпатичная хозяйка лет пятидесяти озабоченно показывает нам две комнаты на втором этаже: одна из них совсем крохотная и тесная, а вторая немного побольше, там стоят три кровати, и больше ничего нет. Удобства на улице: каменный сарайчик, в котором два отделения с душевой и унитазом. Отделано кафелем, более-менее чисто и уютно. У этой хозяйки просторно, и на улице по-особому легко дышится. Но дешевле 300 рублей с человека она не соглашается. Мне у нее, в принципе, нравится, но ведь вернуться мы всегда успеем, не так ли? Так что мы скромно морщим носик и идем, влекомые приговорами "агентши": "Сейчас-сейчас, мама, мы вас устроим, не переживайте!"
Наша провожатая водит нас по разным дворам, а еще звонит хозяевам и уговаривает их ласково, что вот у нее девочки-студентки, хотят за 250, ну нету больше у них, вот, мама, ну что делать, уже сентябрь на носу, народу-то особо нет…
Мы приходим к следующей хозяйке – это мелкая сухонькая женщина лет пятидесяти. Мне она напоминает маленькую обезьянку. Видно, что она старательно молодится и всячески украшает себя. Она кокетливо представляется нам: «Меня зовут Тина, совсем как Тина Канделаки», и рассыпается дробным мелким смешком. Сначала Тина не особо радуется, услышав о нашей невысокой платежеспособности, но потом говорит: «Ну ничего, все будет хорошо, правда, мои девочки?» И далее продолжает с нами разговаривать с противным сюсюканьем, от чего меня немедленно начинает подташнивать.
Комната у Тины маленькая, удобства  и душевая тоже на улице, но там непритязательно покрашено белой краской, никакого кафеля нет и в помине. В целом от хозяйки и ее дома и двора идет неприятный мне импульс. Даже кухня, где едят ее постояльцы – тесная, темная, и постояльцы какие-то неприятные, словно они едят с чавканьем, словно они явились из пролетарской тесноты коммуналок, где все общее и ничье. Сам двор у Тины почти пустой, в нем, в отличие от большинства остальных в Лидзаве, практически нет садовых деревьев, цветов, винограда... И кажется мне, от того это, что Тине неинтересно все это, ленится душа ее и тело возделывать что-то еще. Есть деньги от постояльцев – и ладно. Живем помаленьку...
P1210856
Гранатовые кусты-деревья там растут прямо на улицах

«Я уже вижу, что им не нравится», – говорит Тина манерным голоском, а ведь мы еще не дошли до «удобств». И разражается неприятным раздосадованным смешком. Я пытаюсь что-то возразить, но понимаю, что она права, и, видимо, это отчетливо отражается на моем лице. Вау, Тина прекрасный физиогномист, и мы без сожаления с нею прощаемся...
В следующем дворе нас встречает молодая хозяйка с двумя детьми, и я сразу понимаю, что она мне не нравится. Жаль, что нельзя только по этой причине не тратить время на просмотр. У нее четыре кровати в комнате, тесной и с низким потолком, у нее не очень приятная кухня, у нее капризничает ребенок, и она что-то рявкает ему. Постояльцев у нее нет, и это меня совершенно не удивляет. Но главным аргументом для отказа (и обоснования для нашей агентши) становится цена – 350 рублей/с человека в сутки, для нас это на данный момент дорого.
Пока мы бредем дальше по улице, с рюкзаками, уставшие от влажного воздуха и недосыпа, "агентша" успокаивает нас: «Ну ничего, устроим мы вас, я вот еще позвоню той-то и той-то, вам надо поспокойнее и подешевле, я понимаю». Такая легкость в ее голосе – у меня появляется ощущение, что человек совершенно на своем месте, она не нервничает по пустякам, а знает, что обязательно кого-то уговорит взять нас на постой.
Несколько человек она оставляет «подумать», кто-то перезванивает и отказывается, тут ей самой звонят люди, которые хотят заселиться в ее квартиру в Пицунде, я начинаю переживать, что ей пора уезжать. Наша сопровождающая объясняет звонящим, что она сейчас в Лидзаве, но скоро приедет, пусть они пока подождут ее у крепости, посидят в каком-то кафе и отдохнут. Я начинаю переживать, потому что что очень неудобные клиенты – мы хотим дешево, но при этом еще и очень разборчивые. "В крайнем случае, – думаю я, – отпустим ее и поищем сами". Хотя очень уж тяжело ходить с 15-килограммовым рюкзаком по жаре, да еще и в штанах. И тут мы доходим до Нателлы. О, эти абхазские пышные имена: Ева, Тина, Нателла, Мириам...
Сад с двумя желтыми лимонами
Пока наша провожающая рассказывает своим дробным легким говорком свою версию "о бедных студентках", я вижу, что мне нравятся глаза хозяйки, и как она одета,и мне нравится ее двор. "Да вы сядьте, передохните, девочки", – говорит она, и я чувствую благодарность. Даже не видя ни комнаты, ни удобств, я понимаю, что готова остаться здесь. Не знаю, что чувствует Анечка, это иногда непростое такое внутри, когда не понимаешь, о чем думает твой друг, ибо он не столь открыт и непосредственен, как ты, это глубокое озеро с тайной водой, а не шумный, летящий во все стороны водопад...
Мы договариваемся, что хозяйка временно поселит нас в «люкс-номера», которые вообще-то по 1500 рублей, на два дня, а потом переселит уже в те, что подешевле, и возьмет с нас в любом случае по 250 рублей с человека. Номера – это отдельный длинный бетонный домик, 2 входа, 4 комнаты, на каждые две комнаты – душевая с раковиной и унитазом. Чистенько, аккуратно, красиво, цветы во дворе, гравийные дорожки, и сад, внутри которого кухня, а в саду – мандариновые деревья, лимон, груши, яблони, виноград и что-то еще. Чудесная кухня, отделенная деревянной стеной от столовой, с деревянными перилами и простым бетонным полом. На стене-перегородке стоят трогательные глиняные кувшинчики, а на следующий день после приезда над потолком у стенки появляются невероятно прекрасные связки-низки красного перца...
P1210767


P1210768
Несколько разномастных кошек и котят свободно ходят там и сям по кухне, правда, обнаруживаем мы их уже днем после моря, и еще позже узнаем, что это все соседские "побиральцы", а свой кот у Нателлы только один, серьезный и солидный Василий.
Нателла оставляет нам ключи от номера и обещает попозже принести нам постельное белье. День в разгаре, жара страшная, но внутри нашей комнаты есть кондиционер, и это удивительная приятная вещь. Мы скорее идем мыться (и смывать с себя аэропорт и диспетчеров), но предварительно выдыхаем, сидя в комнате. Комната у нас небольшая, с темным ламинатом и со спокойными светло-зелеными стенами. Три аккуратные кровати гостиничного типа, тумбочка, пуфик и кресло. Завешенный телевизор. И ни одного шкафа! И некуда даже прикрепить складную вешалку, которую я взяла с с собой, чтобы повесить все свои помявшиеся в дороге платьишки. Анечка говорит, мол, давай повесим в душе, я слышала, что это помогает отпарить мятые вещи, я верю-верю ей, а что мне остается? Утюга-то у нас тоже нет!
P1220118
Ура, мы наконец-то моемся! В санузле не очень приятно пахнет, но это, скорее всего, из-за местной канализации, она явно самодельная безо всяких там централизованных стоков. Я пытаюсь пожечь ароматические палочки, но это как мертвому припарка, по такой-то жаре.
Как хорошо, что Анечка взяла дегтярное мыло – я напрочь забыла свое. Как я фанатею по дегтярному мылу, вы бы знали! Особенно по его запаху. Так бы и съела… Кстати, здесь плохо с маслом – маленькая бутылочка оливкового, 250 грамм, стоит бешеные 180 рублей. Нерафинированного подсолнечного я тоже не вижу, а так хочется намазаться чем-то живым, натуральным...
Анечка идет искать, где тут можно купить симку, чтобы скорее успокоить родных, что мы в порядке, а я долго и упорно провожу сеанс эпиляции ног. Мой теле2 здесь не ловит, и МТС не ловит, и слава богу. Я решила не покупать никаких сим-карт – по срочным вопросам позвоню с Анечкиного номера, а так - зачем мне лишний отвлекающий меня от моря и процесса бытия агрегат? После возвращения я еще неделю забывала телефон дома - я так отвыкла от того, что он мне зачем-то нужен...
Как раз к моменту ее возвращения я заканчиваю адский процесс электроэпиляции, с грустью размышляя о своих предках-крестьянках, ни одна из которой в жизни не стала бы заниматься такими глупостями, как выщипывание волос на ногах. И о своей подверженности социальным стереотипам – даже зная о том, как сформировался этот культурный догмат (у женщины не должно быть лишних волос!!), я с трудом могу ему противостоять, так глубоко он пустил во мне корни. Но я расту, расту в этом направлении!)) Анечка рассказывает, что симку она купила, но почему-то на ней не работает интернет, не отправляются смски и она не знает, как проверить баланс. Приключения, одно слово... =))
Море-ре... ми-а, соль.. си...
Ух, с водными процедурами покончено, и мы даже перекусили какими-то остатками вчерашней "походной" еды. И наконец-то! Мы расспрашиваем других постояльцев, как пройти к морю. Оказывается, есть короткая дорога, полями, и мы немедленно решаем пойти ее искать. Собираем нехитрые вещички: полотенца, сидушки (больше, кажется, мы их так и не брали, в основном, лежали и грелись на крупной гальке). Отворяем калитку сада Нателлы, выходим на дорогу и сразу же видим инжирное дерево, оно свисает к нам из-за забора своими могучими ветками. Украдкой переглядываемся и тянемся к ветке. Рвем один спелый-спелый фиолетовый плод, делим пополам, на две неравные части, я беру ту, что побольше, себе, и в оправдание говорю, что если вдруг он ядовитый – наша подруга Маша писала, что дикий инжир местные не едят, считая ядовитым, – то Анечке надо поменьше, на ее-то вес...
Поворачиваем с основной дороги и идем по раскаленному пеклу полями – настоящими, с кочками и осокой, разгороженными колючей проволокой – то ли от коров, то ли для коров. Вокруг нас куча деревьев, нам незнакомых. Я дотягиваюсь до дерева и срываю какой-то орех, то ли пекан, то ли грецкий. При попытке расковырять его у меня мгновенно чернеют ногти и еще пару дней ни в какую не отмываются. А потом мы видим – ежевику! И едим ее – я первый раз в жизни. Анечка рассказывает мне про ежевику и шелковицу,и я с трудом представляю себе эту шелковицу, которая падает на Украине видимо-невидимо, и никому-то она не нужна, потому что варенье из нее, знаете ли, никакое...
P1210803   P1210795

P1210798
Впереди мостик, и прямо на наших глазах в мелкий-премелкий ручеек спускается корова, следом другая, они пьют зеленоватую воду. Коровы ужасно красивые, хотьи худые – черные, темно-красные, господи, я понимаю индусов, которые считают коров священными животными...
P1210806 P1210814

P1210818 P1210821
Далее на нашем пути вырастает стройка. Cудя по рядом стоящему белому мини-отелю, это строится новый такой же. Здесь будут номера с балконами, панорамным остеклением, кондиционерами, одинаковые, как штампованные кружки синего стекла, как кофе хаус. "Настоящее кафе должно быть вот таким", – скажу я Анечке, когда мы пойдем гулять до Пицунды и встретим кафе, где забор и арка-вход выложены из камушков, где звучит настоящая абхазская музыка, где все сделано с любовью и не похоже ни на что другое. Настоящее жилье должно быть уникальным, своим, и отражать хозяина…
И мы доходим до пляжа, издалека завидев длинноперые сосны, нежный зелено-голубой цвет хвоинок ласкает мои глаза. А как мягко старые рыжие хвоинки устилают почву под своими стволами – разве можно это описать словами?
Рядом с пляжем - рыночек, здесь всегда рыночки рядом с пляжами - вино, шлепанцы, шляпы, сарафаны, сувениры, мед, фрукты и еще всякая белиберда. Анечка смотрит себе тапки для душа, но я отговариваю ее, что 300 рублей – это очень дорого, мы мотаем головой индифферентной продавщице,мол, ничего нам не надо, и идем вниз, к гальке, к воде.
На пляже очень много людей. Я немного расстраиваюсь. Не люблю скопища и лежбища котиков. Но впереди нежная влага, она пенно манит к себе, и эта голубизна, лазурь – сказочная, лукоморье, Черномор, Русалочка, Ассоль... Я никогда не думала, что такое бывает на самом деле.
P1210825
Внутри меня радость, тихая, плещется, но я еще не могу поверить в то, что происходит. И потом, я спала один час. Очень много всего, нейронные связи строятся, строятся, лихорадочно, и я не успеваю за ними. Я совсем не помню, о чем мы говорим, но я помню горячую гальку, помню, как укладываю горячие камушки на Анечкин позвоночник, и стопы, и на коленки изнутри. Самые горячие – черные, черно-серые, и это почти как ладожские черные скалы, это их младшие братья, наверное, а может быть, старшие, кто же их разберет, эти черные вечные камни...
Помню, как грею камушками пазухи носа. И приятное жжение – галька обжигает ступни, когда мы идем в кабинку, чтобы переодеться в сухое. Помню, как я лежу после купания, и нагреваюсь, нагреваюсь на солнце, проваливаюсь в полусон, и мне снится, что я о чем-то говорю с Анькой Цыгулей, и потом я выныриваю, понимая – но не осознавая еще, что я в Абхазии лежу на море, на пляже.
Вода очень соленая, и Анечка говорит, что это самая соленая часть Черного моря – по сравнению с тем же Туапсе и Крымом. Мне не с чем сравнивать, но я чувствую, как совсем иначе, чем в озере, мое тело держит вода. Это куда-то упихивается до кучи, солнце, бирюза, обжигающе-серо-черное, и раскаленное светило, и запах полей, и коровы, и сосны, ох, держите меня семеро люди, это не со мной, а если со мной, то не знаю, как я вынесу всю эту роскошь...
Видимо, все это сильно влияет на мозг, и на обратной дороге меня вдруг начинает плющить по шляпам. Я начинаю мерить одну за другой, прошу Анечку меня фотографировать, а потом понимаю, что без шляпы я не уйду.
P1210833   P1210834
Выбираю шляпу с огромными полями, в сине-черную полоску, с оладьями цветов с одной стороны. Это та же продавщица, что с тапками, и я торгуюсь с ней, сбавив цену с 700 до 400 рублей. Потом мы идем в Пицунду (варяги не сдаются, и три километра бешеным собакам вовсе даже приятная прогулка), и я очень воображаю по дороге...
Травки-приправки, сыры и магниты
До Пицунды километра три и три минуты на маршрутке, но сейчас дело чести – дойти пешком. Мы о чем-то болтаем, по-прежнему, разинув рот, смотрим на пальмы, платаны и кипарисы, то и дело показывая друг другу какую-нибудь чУдную штуку. Вдоль дороги слева – высокая бетонная стена с колючей проволокой и камерами через каждые десять метров. Над стеной раскидисто ветвятся гиганты-деревья, можно разглядеть сосны и пальмы, и что-то еще величественное. То ли это бывшие правительственные дачи, то ли заповедник – мы не поняли, но впечатление, честно говоря, жутковатое.
По дороге мы встречаем то самое кафе, где арка из камней, качели и скамейка, мы садимся передохнуть, и к нам идет корова, а может, она идет качаться на качелях, откуда мы знаем, что там, у нее, коренной абхазянки, в голове?
P1210847
P1210849
Из последних сил добредаем до перекрестка, где начинается Пицунда. Это совсем крохотное местечко. Почему-то я всегда по маминым рассказам и упоминаниям в литературе считала, что это настоящий город, ну точно не меньше Благовещенска! На самом деле Пицунда меньше, чем моя Зея, и живет в ней меньше пяти тысяч человек. Несколько многоэтажек, сотни частных домишек на любой вкус и две центральные улицы. Одна ведет к морю, и где полсотни торговцев по очереди продают одно и то же: разноцветные веселые пряности, абхазский чай на развес, самые лучшие вина, пляжные принадлежности, магниты с видами Абхазии на любой непритязательный вкус, глиняные кружки и кувшинчики. Уже через десяток метров все это приедается, мы гордо шествуем по главной улице по дороге к рынку, сворачивая на вторую главную улицу – ту, что постепенно переходит все в ту же улицу Агрба, по которой мы чуть позже незаметно доходим домой до Лидзавы...

P1210857

P1210862

На главной улице мы купили абхазской соли с травками-приправками, приправу острую красную, которая не очень-то острая, кажется. Я перед поездкой опять начиталась аюрведы, решила, что моим дошам не хватает огня, и теперь пытаюсь в день съесть хотя бы чайную ложку разных приправ и горьких травок. В качестве одного из открытий - даже манку можно есть с острыми приправами, а заодно и с вареньем. Вкус, знаете ли, необычный, но что-то животрепещущее в этом есть...
Добрались до рынка и купили там чаю и овощей всяких для рагу. Непосредственно фруктово-овощной рынок в Пицунде маленький, десять человек не наберется, честное пионерское. Однако там у меня появился "любимый мужчина с любимым сыром"! Торговец лет сорока, улыбается, а на шее у него щегольской зелено-голубой шелковый шарфик: "В цвет глазам!" Его улыбка меня покорила, я глупая женщина, надо было "хватать и бечь"! Это же прямая "сбыча нашего с Анечкой и Дашей рождественского гадания на кольцах, когда мне выпало аж три загаданных кольца! В точь-точь по писаному в расшифровке одного из колец: щедрый (подарил нам по персику!) богатый (торговец!) иностранец (абхаз с кем-то еще, уж больно красивый). Но я только мило улыбалась и кокетничала шляпой. Шляпа я и есть - даже не узнала, как его зовут, глупая курица Юлико))) Такой курортный роман пропал!!  =))
Неожиданно рано стемнело, я знала, что так случится, и все равно это было каким-то чудом. Что было вечером, я совсем не помню. Наверняка мы упали спать, как дохлые кони. Хотя мы еще ужинали. По-моему, Анечка перед сном еще пыталась массировать мои бедные ноги, но это уже кажется сном... Завтра будет удивительный день, честное слово, а сейчас котикам пора бессовестно дрыхнуть, включив предварительно кондиционер на 24 градуса. За окошком, судя по всему, все +30, благослови, господи, Нателлу, агентшу-"маму" и тех, кто придумал кондеи.
P1220117
Tags: бу-дни, путешествия, сказы девичьи, фотоотчеты
Subscribe

  • в преддверии ноября

    Друзья мои =) Если у вас есть пять минут перед или после завтрака, прочитайте меня, пожалуйста =) Во время завтрака лучше не читать, лучше помечтать…

  • Абхазия. 0

    Дорогие мои френды! Со мной тут случилась двухнедельная поездка в Абхазию, и это мой ПЕРВЫЙ РАЗ на море. Поэтому тут будет много подрооообного…

  • Апрельские зарисовки...

    ...остатками снега по сохнущим лужам. Лучами солнца по теплым ветшалым стенам. Тенями деревьев по детской площадке. Узорами глаз... (Из…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments